Bibl2
Забыть биологию!
Алексей Оскольский
В конце сентября 2003 г. произошло тревожное событие, которое, однако, осталось практически не замеченным средствами массовой информации: Рабочая комиссия Министерства образования РФ по доработке стандартов школьного образования подготовило пакет документов по школьной реформе для принятия их в Государственной Думе. Если эти проекты будут утверждены парламентариями, то в нашей школе будут резко сокращены естественнонаучные предметы. Последствия такой реформы могут быть катастрофическими.
Новые стандарты школьного образования разработаны временным научным коллективом "Образовательный стандарт" под руководством академика Российской академии образования Эдуарда Дмитриевича Днепрова. Следуя лозунгу "гуманитаризации обучения", разработчики (в составе их коллектива, кстати, не было ни одного профессионального биолога) предлагают увеличить учебное время на гуманитарные предметы за счет резкого сокращения естественнонаучных дисциплин, и в первую очередь биологии и географии. Особенно пострадает курс биологии, который в базовой школе (с 6 по 9 класс) сокращается на 25%, а по содержанию на 40%. Это значит, что в 6 и 7 классах будет всего один урок биологии в неделю, а в 8 и 9 классах - два урока в неделю.
Такое сокращение внушает большие опасения ученым и педагогам, поскольку, как известно из теории преподавания (да и из практики любого мало-мальски опытного учителя), один урок в неделю явно недостаточен для эффективного усвоения материала школьниками. Новые стандарты школьного образования приведут к тому, что важнейшие представления учащихся о планете Земля, её биосфере и биологическом разнообразии, о местной флоре и фауне, основы которых закладываются именно в 6 и 7 классах на уроках ботаники, зоологии и географии, окажутся заведомо ущербными. Об экологических знаниях выпускников наших школ и о воспитании у них ответственного и бережного отношения к родной природе придется тогда просто забыть.
Если предложения Министерства образования вступят в силу, из 111 предметных тем, изучаемых в курсе биологии, будут исключены 49. В их числе - ряд фундаментальных тем, имеющих не только естественнонаучное, но и общекультурное значение. К ним относятся "Клетка - структурная и функциональная единица живого", "Деление клетки", "Бесполое и половое размножение", "Индивидуальное развитие организмов", "Законы наследственности и изменчивости", "Микро- и макроэволюция, их закономерности", "Происхождение и эволюция жизни на Земле", "Человеческие расы, их родство", "Движущие силы и этапы эволюции человека" и многие другие. Практически будут изъяты разделы, связанные с систематикой растений и животных, с экологией и охраной природы.
Вместе с тем в курс биологии будет добавлено 38 тем, подобных следующим: "Уход за кожей волосами, ногтями", "Культура отношения к собственному здоровью...", "Оказание первой помощи при отравлении грибами", "Нарушения в строении и функционировании клеток - одна из причин заболеваний организмов", "Соблюдение правил поведения в окружающей среде как основа безопасности собственной жизни". Темы, безусловно, практически важные и нужные для повседневной жизни, но они никак не могут подменить собой изучение основ биологии как науки.
В старших (10 и 11) классах новый стандарт предполагает слияние биологии, физики и химии в комплексный курс "Естествознание". По мнению профессоров Московского педагогического государственного университета Нины Михайловны Черновой и Владимира Михайловича Константинова, в этом курсе эклектично соединены разнородные учебные предметы, каждый из которых имеет свою логику, свой понятийный аппарат и требует особых дидактических приемов. Кроме того, курс "Естествознание" пока недостаточно отработан для того, чтобы внедряться в школу; в настоящее время он представляет собой лишь "сырую" экспериментальную разработку.
Рискну предположить, что подобный проект обречен вечно оставаться "сырым" по очень простой причине: такой научной дисциплины, как "естествознание", реально не существует. Природу изучают физики, химики, биологи, геологи, географы, астрономы, - но встречался ли кому-нибудь профессиональный натуралист, специалист по естествознанию как таковому? Очевидно, что в наше время натуралист - это не профессия человека, а характеристика области его интересов, увлечений и кругозора. Биолог совсем не обязан быть натуралистом, а инженер или военный вполне может быть им. Спора нет, быть натуралистом - это прекрасно, и школьникам нужно прививать живой интерес к природе, желание наблюдать и исследовать её. Но делать это надо без ущерба для систематичного освоения ими сложившихся естественнонаучных дисциплин.
Характерно, что все известные мне попытки преподавания в старших классах комплексных курсов, по замыслу подобных "Естествознанию", никак нельзя признать удачными. Так, в американских public schools есть предмет "Science", но вряд ли он может послужить нам достойным примером для подражания. Похожий предмет "Наука" преподавался в 90-х гг. прошлого века и в одной из петербугских гимназий, дающих в целом неплохое гуманитарное образование. Мне довелось заниматься биологией с некоторыми (причем очень толковыми) выпускниками этого учебного заведения, абитуриентами психологического факультета: я вынужден был им объяснять, например, что вещества состоят из молекул, а молекулы - из атомов...
В октябре этого года Министерство образования планирует направить проекты документов по реформе образования в средней школе (таких, как Федеральный базисный учебный план, Примерные планы для общеобразовательных учреждений, Федеральный компонент государственного стандарта начального, общего и основного образования и др.) в Государственную Думу. Широкое обсуждение этих проектов не проводилось. В начале июля 2003 г., т.е. в начале отпускного сезона, согласно письму Министерства образования от 9 июля 2003 г. № 13-51-145/13, подписанному министром В. М. Филипповым, проекты были разосланы в департаменты образования (то есть в органы, подведомственные министерству) с ограничением времени обсуждения до 10 сентября 2003 г. Университеты, педагогические вузы, Академия наук и общественные организации были таким образом фактически отстранены от работы над проектами.
Вместе с тем проект нового образовательного стандарта вызвал резкую критику со стороны ученых и педагогов. Против него решительно выступили десятки вузов страны (Московский, Нижегородский, Пензенский, Псковский, Мичуринский, Калужский, Смоленский и многие другие университеты), Учебно-Методическое Объединение университетов страны, участники Всероссийской научно-практической конференции "Проблемы и перспективы биологического и экологического образования в период модернизации средней и высшей школы" (Челябинск, 15 - 19 сентября с. г.), 11-го делегатского съезда Русского Ботанического общества (Новосибирск и Барнаул, 17 - 27 августа с. г.), 5-го Всеросийского съезда физиологов растений (Пенза, 15 - 20 сентября с. г.), управления образования десятков регионов, школьные учителя, экологические огранизации (Российский экологический конгресс, Зеленый крест). Министерство образования, однако, пока игнорирует все критические обращения в свой адрес.
23 сентября в Москве под председательством академика Анатолия Ивановича Григорьева состоялось заседание бюро отделения биологических наук Российской Академии наук. Его участники обсудили изменения стандартов школьного биологического образования, разработанные Министерством образования РФ, и поддержали письмо, направленное министру образования Владимиру Михайловичу Филиппову, в Госдуму и Совет Федерации. В письме говорится, что академики считают предлагаемый проект по реформированию средней школы ошибочной государственной стратегией, чреватой самыми печальными последствиями для страны.
Но у читателя, который по роду своей деятельности не связан с естественными науками, с их преподаванием или практическим применением, может возникнуть резонное сомнение: "А не движет ли учеными простая корпоративная солидарность? Они любят свою науку и искренне верят, что без неё жить нельзя. Большинство же из нас давно забыли школьную биологию - и ничего, живём. Может и правда стоит сократить этот предмет?"
Подобное сомнение (которое высказывал ещё фонвизинский Митрофанушка) основано, однако, на недоразумении. Многие из нас склонны смотреть на учебу в школе как на запоминание некоторого объема информации. Не стоит, однако, забывать, что главная задача школы - дать ученику не только знания, но и образование, то есть сформировать его как человека. Как заметил великий немецкий физик Вернер Гейзенберг, образование - это то, что остается, когда забываешь всё, чему тебя учили. Но что же остается от курса биологии, когда забываешь, сколько тычинок в цветке у гороха или как устроено сердце у речного рака?
Во-первых, остаются базовые знания о живом и его месте в мире. Знания, например, о том, что живые существа состоят из клеток и не могут самозарождаться, а носителями наследственной информации служат молекулы ДНК. Не будет этих знаний - на их место придет архаика: живые клетки будут снова зарождаться из яичного белка, овёс будет вырастать из семян овсюга, а кукушка из яиц трясогузки. Если вдуматься, подобные взгляды на природу клетки и развитие организмов ничуть не противоречат нашему повседневному опыту, и их широкому распространению противостоит, главным образом, школьная биология. Возрождение архаичных представлений о живом произошло, например, в нашей стране во времена Т.Д. Лысенко и О.Б. Лепешинской, но ни к чему хорошему оно не привело.
Во-вторых, остается навык критичного отношения к словам и фактам. Если некто скажет, что поймал щуку длиной 3 метра, то мы ему поверим, скорее всего, лишь в том случае, если он предъявит веские тому доказательства. Но про фантомы почище 3-метровых щук - например, про вырождающийся генофонд нации, новую хронологию или лекарства от всех болезней - мы слышим со всех сторон. В том, что у нас обычно хватает здравого смысла критически воспринимать подобную информацию - немалая заслуга той физики, химии и биологии, которым нас когда-то учили.
Во-третьих, естественнонаучное знание уникально тем, что оно значимо для всех людей и лежит вне различий между религиями и идеологиями. Характерно, что ни один, даже самый одиозный фундаменталистский режим современности не ввел запрет на занятия естественными науками. И если христианин никогда не договорится с буддистом по вопросам веры - он вполне может найти с ним общий язык, обсуждая проблемы биологии или физики. Мы можем забыть биологию, но все равно мы знаем, что она есть и может стать основой для диалога с представителем другой религии или культуры. Массовое же невежество в науке чревато охотами на ведьм. Мы это уже проходили.
Наконец, мы часто просто не замечаем, насколько прочно вошли школьные биологические знания в нашу повседневность. Откуда, как не из школы, каждый из нас что-нибудь да знает о генах, мутациях, ферментах, витаминах, гормонах, экологических нишах, динозаврах, сперматозоидах и тому подобных объектах? Правда, к сожалению, очень часто эти термины употребляются совсем не по назначению.
Но как же быть с гуманитаризацией школьного образования? Слов нет, школа должна давать ученикам знание языков и истории, приобщать их к отечественной и мировой культуре. Но при этом не стоит забывать, что сами естественные науки - это уникальные феномены европейской культуры, во многом определившие её облик. Теория эволюции Чарльза Дарвина, например, повлияла на мироощущение эпохи раннего модернизма ничуть не меньше, чем философия Фридриха Ницше или живопись Эдуарда Мане. Так что едва ли можно признать культурным человека, которому незнакомо устройство живой клетки, свойства генетического кода или другие яркие достижения биологии - эти прорывы человеческого разума в его напряженном творческом поиске.
Очевидно, тенденция к гуманитаризации школы отражает определенное (и вполне правомерное) разочарование в естественных науках, которое характерно для последних двух десятилетий. Действительно, научный разум не оправдал больших надежд, возлагавшихся на него ещё со времен Просвещения - и маятник качнулся в другую сторону. Трагический опыт ХХ века показал, что наука может многое, но не всё, она не способна, например, отличить добро от зла, обустроить справедливое общество или "просто" сделать человека счастливым. Иными словами, наука не может и не должна подменять собой религию и другие сферы жизни - у нее свои задачи. Это, впрочем, не дает повода для того, чтобы игнорировать науку вообще.
Нынешняя ситуация несет совершенно новые вызовы: виртуальная реальность, играющая все большую роль в нашей жизни, ставит под вопрос само различие между природой и культурой. Для современного человека природа (равно как и культура) все чаще становится лишь красивой картинкой на мониторе, а обычный выход в лес (или в Эрмитаж) - невыносимым испытанием. Естественные науки в школе сейчас особенно важны: именно они способны разрушить эту зависимость от виртуальных чар, которая иначе может сделаться и тотальной. Гуманитаризация же школы, вводимая за счет естественных наук, обречена на ущербность.
Но можно ли усилить преподавание гуманитарных предметов, не ставя под удар естественные науки? Это вечная школьная проблема: учебных часов никогда не хватает на всё, что хотелось бы дать ученикам. Любой учебный план - результат компромисса между разными дисциплинами; думаю, что такой компромисс может быть найден и теперь. Я уверен, что резервы для него есть: отыскали ведь два часа в неделю для преподавания начальной военной подготовки в 9 и 10 классах (напомню, что недавно, 10 октября 2003 г., Государственная Дума приняла в первом чтении решение об обязательности прохождения этого предмета для юношей). Очевидно, что НВП не несет никакой образовательной нагрузки (подумаем, останется ли что-нибудь в головах учеников после того, как они забудут последовательность сборки и разборки автомата Калашникова?) и, вероятно, введена лишь затем, чтобы обеспечить работой отставных офицеров. Не лучше ли было отдать эти два драгоценных часа естественным наукам? Увы, милитаристское лобби в Думе слишом сильно - у школьной же биологии нет столь могущественных покровителей.
Итак, если проекты школьной реформы будут реализованы, в России начнется необратимое разрушение системы школьного естественнонаучного образования, создаваемой со времен Петра I. Несмотря на все свои недостатки, наше школьное (в том числе и биологическое) образование признается одним из лучших в мире. Об его уровне свидетельствует, например, тот факт, что на 14-ой Международной биологической олимпиаде школьников, проходившей в Минске в июле 2003 г., российские участники завоевали одну серебряную и три золотых медали (из четырех возможных). Так что обеспокоенность академиков, других ученых и педагогов судьбой биологического образования вполне понятна: российской школе (а, значит, и всей стране) есть что терять.
(Октябрь 2003 г., Санкт-Петербург)
- Алексей Асафьевич Оскольский, канд. биол. наук, старший научный сотрудник Ботанического института им. В.Л. Комарова РАН в Санкт-Петербурге, преподаватель биологии в Санкт-Петербургской Классической Гимназии (№ 610), автор и ведущий научно-популярной программы "Первопроходцы" на радио "Эхо Петербурга" (91,5 FM).
